В художественном мире Ханты-Мансийского автономного округа появилось новое имя - Ольга Мерцалова, выпускница одной из двух ведущих школ в художественном образовании России - Санкт-Петербургского академического художественного института им. И.Е. Репина (другая, но не вторая, школа - Московский художественный академический институт им. В.И. Сурикова). Для нашего округа - это явление, мы получили своего доморощенного профессионала в живописи, так как родилась Ольга в г. Ивдели Свердловской области, но росла и училась в п. Хулимсунт Березовского района, и родиной она считает этот хантыйский посёлок. После школы поступила в Краснотурьинское художественное училище, а затем уже в Санкт-Петербургский художественный институт. После окончания вернулась в родной Березовский район, живёт и творит в п. Светлом.

Современное изобразительное искусство округа представлено многими художниками, но в большей своей массе - это художники приезжие, что не в коей мере не умаляет их значения, а Ольга Мерцалова на сегодняшний день - единственная уроженка округа, получившая академическое образование.

А ведь в 60-е годы ни о каком профессиональном искусстве живописи не могло быть и речи. До войны прозвучало имя Константина Панкова, уроженца п. Щекурья Березовского района. В 1955 году в Ханты-Мансийск с Урала после окончания Свердловского художественного училища приезжает В.В. Гаврилов (кстати, его первая персональная выставка состоялась только в 1985 году), затем через два года в 1957 году после Пензенского художественного училища им. К.А. Савиц- кого в педагогическое училище окружного центра приезжает М.Е. Бронников. Своих профессиональных художников в округе не было. В 60-е же годы начинается становление самодеятельного художественного творчества. У его истоков - художники: П.С. Бахлыков, М.А. Тебетев, Д.М. Змановский, Г.М. Тимофеев, все они сегодня известные, состоявшиеся. Теперь в округе немало художественных школ, школ искусств, есть художественно-графический факультет в Нижневартовском пединституте, художественные музеи, картинные галереи, венцом которых является галерея Фонда поколений со своим уникальным собранием, два музея при жизни посвящены творчеству художников (такого в России вообще нет) - музей В.А. Игошева, галерея-мастерская Г.С. Райшева, есть, наконец, своё региональное отделение Союза художников, то есть уже сформировалась своя художническая среда.

Если проанализировать современное искусство округа, а это можно видеть по красочному альбому «Югра художественная» (2001 г.), то преобладающий и любимый жанр художников - пейзаж, затем натюрморт, очень редко портрет, и практически совсем нет работ, где бы художники своими картинами поднимали вопросы современности, бытия человека в сегодняшнем мире. Есть отдельные работы, интересные в этом плане: Е.М. Клименченко «Час быка» - тонко, символично; размышление Е.Г. Комоловой в картине «Желание одиночества»; у О. Подкорытовой - «Магнитогорск. Пасмурный день» - пейзаж, в котором есть настроение человеческой мысли; интересна и современна живопись молодых художников-сотрудников картинной галереи г. Лангепаса; графика А. Годуненко, В. Арзамасова, А. Куликовой; очень оригинальны работы из дерева Захара Григорьева, М. Глушковской, В. Вербицкого.

И вот в общий мажор жизнерадостных пейзажей и натюрмортов художников округа щемящей нотой влилось творчество Ольги Мерцаловой. Жанрово-стилистические предпочтения художницы многообразны: тут и портрет, и пейзаж, и натюрморт, и сочиненные композиции, есть совмещение жанров в одной картине. Наблюдается этакая всеохватность отображения жизни, что присуще молодости, но есть работы, которые родились в процессе длительного осмысления, что свидетельствует об уже сложившейся авторской позиции, индивидуальной манере, живописном языке.

Поэзия современной жизни в творчестве Ольги Мерцаловой связана с обращением к таким жанрам, в которых исчезает всякий налёт повседневности, а бытовой мотив поднят до широкого ценностного обобщения, до философского осмысления жизни, где поэтичность её видения проявляется именно в самом способе чувствовать мир и передавать его в живописно-пластической форме. Верно говорил Э. Золя: «В самом видении человека обнаруживается не только личность, но и современность».

Сюжеты живописных работ Ольги на первый взгляд просты, в них нет активного действия, подробного повествования, всё подчинено какой-то своей внутренней жизни, образы ассоциативны, а картины наполнены эмоционально-психологическим настроением, где главное не передача реального, предметного мира светотеневой моделировкой, а отношение человека к действительности в философско-психологическом аспекте.

На изображённые мотивы художница «накладывает» собственное настроение, своё личное восприятие мира, но оно оказывается созвучно современным настроениям её поколения, которое живёт в переломное для России время, когда идеалы дедов, отцов оказались порушены, а новых ещё нет, а значит и нет стабильности, уверенности в завтрашнем дне, поэтому герои её картин, если не в растерянности перед миром, то в глубокой задумчивости. Мы не видим лиц, есть только фигуры, по которым мы можем догадываться о состоянии души. Это состояние передаётся через позы, жест, цвет, композиционное построение, где реальные предметы выступают как метафоры: «В искусстве ничего не должно быть похоже на случайность, даже движение», - говорил Эдгар Дега, который в своем творчестве на первый план выдвигал именно активнейший для зрения элемент движения - жест и позу, отодвигая всё остальное на второй план.

Манера исполнения и манера мыслить и видеть сопряжены - отсюда искренность и лиризм образного строя художницы, возможно поэтому ей так близко творчество Виктора Попкова, который от «сурового стиля» поднялся в своих работах до огромного обобщения и символа, но символика его образов далека от абстрактной схоластики, его символизм обладал глубокой правдивостью и не расходился с реалистическим методом обобщения, главное для него было показать не характер, а типичное, само ощущение человеческой жизни во всех её проявлениях. Человеческие переживания, передача самой эмоциональной атмосферы становится главным и в сюжетных композициях О. Мерцаловой. Молодая художница почувствовала контрасты жизни именно на себе и в себе: по отношению к себе как к натуре, ближайшему предмету исследования, но мотив автопортрета в картинах «Одиночество», «Ожидание», «Осень» лишён индивидуальности и совершенно свободен от налёта романтизации - главное показать потаенный мир души. Лиризм и поэтичность её образов не столько в действиях, сколько в пере- даче состояния людей, особой духовной атмосферы. 

Её работам присуща музыкальность: есть картины, которые звучат аккордно и мажорно. Например, «Петербург, Петроград, Петроградище» - картина звучит как симфония, как гимн легендарному городу. Музыкальны и её натюрморты «Цветы», «Дыхание осени», есть композиции, где щемящая нота человеческой разобщённости звучит пиано: «Окно», «Одиночество» (У окна), «Осень» (В мастерской), «Не прислоняться». А есть чистая светлая мелодия материнства: «Ожидание», «Осень» (Материнство).

В её картинах, уже циклах - «Материнство», «Одиночество» передаётся тонкий психологический мир бытия, хрупкость человеческой жизни в этом мире. В работе «Ожидание» - чёрная рамка как метафора угрозы. Стоящие косы в «Осени» - своим острием тоже вносят тревожную нотку. Синий цвет в картине «Окно» - выражение безысходной печали. Силуэт мужской фигуры, обращённой спиной к зрителю, в картине «Одиночество» - неприятие и боязнь впустить этот мир за окном в свою душу. В своих сюжетных картинах Ольга Мерцалова не строит глубину, пространство условно, всё разворачивается на плоскости, а цвет выражает некую духовную субстанцию, где конкретное действие, а точнее недействие придаёт сценам некую символичность, когда частное превращается во всеобщее, когда через случайную, на первый взгляд, ситуацию раскрываются вечные, жизненные проблемы.

Перед картинами Мерцаловой невольно замедляешь шаг и останавливаешься совсем, они втягивают в себя своим эмоциональным напряжением, где, казалось бы, всё статично, но ощущается движение самой жизни, глубокий смысл бытия, время останавливается, запечатленное мгновение нескончаемо как вечность, деталей практически нет - всё главное заключено в самом человеке, в его мыслях и чувствах, в нем аккумулируется настроение времени, поэтому они современны, и опять же, как никогда, кстати слова поэта-символиста, прозаика и теоретика символизма Андрея Белого: «Нужно вбирать современность в себя, стремиться её воссоздать, накладывать на неё свой знак, участвовать в её сотворении. ...Принцип современности можно улавливать жизненной чуткостью». А о том, что работы художницы жизненны и современны, говорит, например, такой факт. Как-то на выставку Ольги Мерцаловой пришла совсем пожилая женщина. Она прожила трудную жизнь. Когда-то её ещё ребёнком сослали в Кондинский край вместе с родителями в один из шести посёлков для спецпереселенцев. После школы она пыталась бежать оттуда на лодочке, чтобы поступить учиться. Если бы её догнали сотрудники НКВД, то она неизбежно попала бы в тюрьму, так как дети врагов народа должны были только валить лес и рыбачить. Но учиться ей так и не пришлось: много работала, чтобы спастись от голода. И вот эта женщина, у которой за плечами такая суровая жизнь, что всегда было не до искусства, она его и в глаза не видела, побывав в музее на выставке Ольги Мерцаловой (в феврале 2004 г.), недавно мне призналась: «Мне очень сильно понравилась картина, где изображена беременная (работа «Ожидание»)». Я в изумлении спрашиваю: «Почему?». И в ответ - как у А. Белого: «Жизненная, жизненная, от Бога идёт - когда рождается человек. Я долго стояла - себя вспоминала, как я думала, о чём она думает - размышляла. Пожалуй, я бы такую работу даже купила», - заключила она.

Эту картину высоко оценил и профессор академии А.А. Мыльников, хотя в ней как раз наблюдается отход от академических традиций Питера, и оценена она была за современность, за умение так скомпоновать холст, чтобы не было ничего случайного. Ольга закончила мастерскую С.Д. Кичко - бывшую мастерскую Моисеенко, а для этой мастерской характерно Мерцалова О. Ожидание не замыкание на славных традициях и прекрасном городе, а отражение современной жизни.

Что же так поразило в картине «Ожидание» и профессора, и простую женщину? Сюжета как такового нет, отсутствует и действие. Мы видим лишь фигуру беременной женщины, одну её фигуру в пространстве. Сама организация картины как единого целого диктует выбор изобразительно-выразительных средств. Преобладают композиционные ритмы, плоскостная живопись. Цветовая конструкция строится на высветлении и затемнении одного цвета, например, светлые одежды изображаются на ещё более светлом тоне. Целостность впечатления достигается колоритом, который объединяет всё в картине единым психологическим состоянием. Женщина - в «ожидании чуда» материнства, её оберегающий жест на животе - символичен, рамка, висящая углом, привносит элемент тревоги, чистый холст на стене - тоже символ. Таким образом, в картине знак, выражающий понятие, и цвет, передающий определённое чувство, а также ритм, вводящий в мир ощущений, создают настроение жизненности. Работа полна концептуального смысла - основана на конкретной, мировоззренческой идее, оформлена в изобразительный образ, реальные объекты, скомпонованные и переосмысленные художницей, приобрели значение личностных
знаков.

Близка по смыслу предыдущей работе и картина «Осень». Пространство условно. На фоне мозаичного рисунка поленницы - фигура женщины с детьми, на заднем плане - тонкие бело- ствольные берёзки, вертикальный ритм которых вносит элемент движения. Линии уходят вверх, а не прерываются, как в вертикалях кос, чёрными остриями, и к ним - берёзкам - устремляется фигура женщины с ребёнком на руках, к ним обращено личико девочки. Кажется, что сама жизнь устремляется вперёд, так как пейзаж здесь, данный фоном, определяет эмоциональную тональность картины. Создаётся ощущение, что пройдёт женщина с детьми вот этот отрезок пути, и больше ничего ей не будет угрожать. Мы не видим лица, так как эта женщина - символ, и жест её, оберегающий младенца, - символичен, она оберегает саму Жизнь. Очень тонкая по психологическому состоянию и по поэтической трактовке образа эта картина. Колористически она решена в тёплых, рыжих тонах, современна своим звучанием вечной темы Материн- ства. В картине остро выражена сама духовная сущность Материнства: фигура матери реальна, но полна символики, которая заключена в ней самой.

Проблема человеческого бытия в нравственно-психологическом аспекте воплоще- на и в цикле картин «Одиночество». Работы однофигурны, В НИХ нет действия, есть лишь состояние человеческой души, которое передаётся цветом, композицией, жестом, позой, силуэтом. Именно поза и силуэт в картинах этой серии несут большую смысловую нагрузку. В работе «Окно» - силуэт маленькой, женской, хрупкой фигурки на фоне огромного окна как образ невыразимой тоски и печали. Так она ощущала себя на первом курсе академии. Но автопортретность здесь условна, она нужна как приём переноса с внешнего облика на духовное состояние. Современная жизнь человека в большом городе, которого мы не видим, но ощущаем за большим окном, проступает через собственное «Я» художницы, че- рез её настроение, внутреннее переживание. Колорит этой картины, написанной в бледно-голубых, синих тонах, также выражает внутреннюю неуспокоенность, создаёт эмоционально напряжённую, гнетущую атмосферу. Лунный свет, льющийся из окна, подвижен, что передаётся определённой живописной фактурой.

Также выразителен силуэт в проёме двери в картине «Осень» (В мастерской). Здесь психологическая ситуация передаётся пространственно-композиционным решением. Изображено внутреннее пространство тёмной комнаты и в контрасте - светлый манящий мир вне её, за который почему-то страшно ступить. Таким образом, ещё один реалистический, по сути, сюжет представлен в обобщённо-эмоциональной символической форме. Ярко выражено лирически-личностное начало. Идут поиски своего видения, своего живописного языка. Своими композициями этого цикла художница пытается ставить вопросы и смысла жизни, и смысла творчества. Человек на пороге чего? Смысл образа открывается через понимание пластической условности, а значит, идёт освоение опыта художественных исканий своего времени. Преобладает не традиционная стилистика реализма прошлого века, а современный живописный язык. В картине «Одиночество» (У окна) - мужской силуэт. Его жест говорит об определённом состоянии. Объём утрачивает пространственную активность, он как бы уплощается, "не потеряв полностью своих качеств рельефа. Здесь выразителен общий контур фигуры, который приближен к монохромной гамме. Краски в сюжетных композициях утрачивают яркость, звучат
приглушенно в тон состоянию героев картин.

Сама художница говорит, что мотив окна для неё метафоричен: «Окно - как весь мир. Но он за стеклом. Человек сам решает, кого он впустит в свою душу. Человек одинок по своей сути, есть «Я», и есть «мир»». Таким образом, окно - это живописный образ, переносящий зрителя из будничного пространства в область иных измерений.

Той же темой и состоянием проникнута картина «Не прислоняться» - где обычные слова в электричке приобретают символический смысл. Из этого ряда картин, объединенных одной темой и психологическим состоянием, выпадает одна из картин серии «Одиночество» В ней наблюдается смешение жанров: есть элементы натюрморта; замечателен по своей красоте и изяществу осенний пейзаж за окном; за столиком органично вписана фигура девушки-домристки. Великолепная по точности рисунка и благородству цвета картина производит ощущение светлой печали, её ритмы музыкальны, здесь ярко выражена поэзия самой жизни в образе девушки, а мир предметов, окружающих её, полон лирики и поэтики. Он включён в жизненное пространство человека, одухотворяется им, а звучание цвета создаёт особенный эмоциональный настрой, где нет места контрастам. Картина элегична по настроению, в ней художница воплотила лучшие традиции академической школы: чёткость и точность рисунка, продуманность и логическую выстроенность композиции.

Несколько особняком стоят другие работы серии «Одиночество». В одной из картин - «Храм в Верхотурье» - тёмное внутренне пространство церкви с выбитыми окнами - как закоулки тёмной души, а купол, в котором сияет голубым цветом небо, - как напоминание о том, что наши помыслы и дела должны быть высоки и чисты, и у каждого - своя дорога к храму. 

Хочется привести ещё один отзыв, который оставил местный художник - пейзажист Д.М. Змановский после посещения выставки: «Прекрасны все работы О.А. Мерцаловой. Она так молода, и у неё такое славное будущее. Я восхищаюсь её картинами и техникой их исполнения. Она не уточняет детали, не делает резких границ у предметов, мало пользуется кистью и смесью красок. Накладывает корпусно чистую краску слой на слой, размещая и разбрасывая её искрами, и добивается гармонии и мерцания (а это мечта многих художников), отсюда и верный цвет, и объёмность, и перспектива. Впечатляет! Ведь долг настоящего художника - изобразить красоту и гармонию видимого мира. И через это видение дать многим людям осознание Творца».

В пейзажах художественное дарование Ольги Мерцаловой раскрывается с иной стороны: меняется сама живописная манера, трогают душу поэтическое настроения и острое чувство природы. Таковы её работы «Сентябрь», «Октябрь», «Дерево», «В горах», «Осенний лес». В импрессионистической манере выполнен пейзаж «Цветущий луг»: сама система мазка, размывающая контуры, растворяющая формы, повышает красочную яркость живописи, создаёт впечатление движения и изменчивости всего сущего. Два пейзажа - «Мельница» и «Виноградники» - дань фомизму. Цвет здесь активен и экспрессивен, пространство строится яркими цветовыми плоскостями. Цвет - носитель чистой эмоции, свободной от передачи пластики и предметности, когда декоративность выступает на первый план. Таким образом, в творчестве Ольги Мерцаловой органично преломляются опыт и стили художественного наследия разных эпох.

Своё мастерство и прекрасную художественную школу художница с удовольствием демонстрирует В натюрмортах: ОТ Мерцалова О. Пушгоры реалистических, правдоподобных настолько, что впору вспомнить легенду о Зевксисе, - «Смородина», «Виноград» - до импрессионистически роскошных как «Дыхание осени». Вся плоскость в этой работе заполнена золотом осенней листвы, всё написано экспрессивно, как бы на одном дыхании. Фактура несёт на себе отсвет душевной работы художницы, обнаруживающей себя в живой энергии «взрывных» цветовых плоскостей. Также написаны «Маки»: предмет дематериализуется настолько, что цветы, лишь помеченные красными мазками, как бы включаются в центробежное движение зелёного цвета, покрывающего всю плоскость картины.

Подвластен Ольге Мерцаловой и портрет, есть у неё интересные интерьерные работы. Во всех картинах художницы чувствуется собственное ощущение жизни, творчество для неё - это форма жизнедеятельности, а смысл его - как и для любого настоящего художника - в реали- зации внутренней свободы.

В заключение мне бы хотелось вновь привести слова Андрея Белого: «Мы разучились летать: мы тяжко мыслим, тяжело ходим, нет у нас подвигов, и хиреет наш жизненный ритм; лёгкости, божественной простоты и здоровья нам нужно, тогда найдём мы смелость пропеть свою жизнь... Искусство окрыляется там, где призыв к творчеству есть вместе с тем призыв к творчеству жизни. Жизнь и есть творчество. Более того: жизнь есть одна из категорий творчества. Жизнь надо подчинить творчеству, творчески её пересоздать там, где она резкими углами врывается в нашу свободу».

Примечание:
Работы Ольги Мерцаловой выставлялись в галерее «Арт-город» (Санкт-Петербург), на ежегодной выставке Союза художников России (Санкт-Петербург), в Екатеринбурге, Краснотурьинске, Ханты-Мансийском автономном округе (г. Советский, п. Кондинское, п. Междуреченск, г. Ханты-Мансийск).

Литература
1. Авангардные направления в советском изобразительном искусстве: история и современность: Сборник статей. - Екатеринбург, 1993.
2. Валов А. Север белый, дальний, близкий // Югра. - 2004. - № 12.
3. Вопросы искусствознания. - М., 1994. - № 4.
4. Вопросы искусствознания. - М., 1993. - № 3.
5. Манин В. Виктор Попков. - М., 1979.
6. Мирошниченко Н. Художник от природы // Югра. - 2004. -
№9.
7. Морозов А.И. Поколение молодых. Живопись советских художников 1960-х - 1980-х годов. - М., 1989.
8. Мочалов Л.В. Пространство мира и пространство картины. - М., 1983.
9. Петров П. Мастерская художника - лесная чаща // Югра. - 2003. - № 5.
10. Кантор М.А. Предмет и среда в живописи. - М., 1981.
11. Красная книга культуры / Сост. В. Рабинович. - М., 1989.
12. Сапего И.Г. Предмет и форма. - М., 1984.
13. Сезоны. Ежегодник. Галерея «Времена года». - М., 1995.
14. Фёдорова Н. Константин Панков и живопись 1930-х годов // Югра. - 2004. - № 6.
15. Югра художественная. Альбом. - Екатеринбург, 2001.

© 2004 Н.И. Богданова, текст
© 2004 Л.Г. Лазарева, редактирование сборника
Все права защищены. Никакая часть данного текста не может быть воспроизведена в каком бы то ни было виде без письменного разрешения владельца авторских прав, за исключением краткого цитирования с обязательным указанием первоисточника.