Криологический профиль академических научно-исследовательских учреждений Сибири

Куперштох Н.А.

ФРАГМЕНТЫ ИЗ КНИГИ «НАУЧНЫЕ ЦЕНТРЫ СИБИРСКОГО ОТДЕЛЕНИЯ РАН»

Куперштох Н.А. Научные центры Сибирского отделения РАН. Новосибирск: Академическое издательство «Гео», 2006. – 441 с.

АКАДЕМИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ЯКУТИИ
Якутия привлекала к себе внимание исследователей с незапамятных времен. Еще в XVIII—XIX вв. удалось собрать обширные сведения в области истории, этнографии, географии, метеорологии, палеонтологии, вечной мерзлоты. Высоко оценивая результаты исследований, полученные экспедициями, отдельными учеными, научными обществами и музеями до середины 1920-х гг., необходимо отметить одну характерную проблему в организации научной деятельности. Работы по изучению производительных сил Якутии выполнялись нерегулярно, часто носили локальный характер, охватывали отдельные дисциплины или направления вне связи с другими регионами и Сибирью в целом.

Планомерное изучение производительных сил Якутской республики началось в рамках работы Комплексной экспедиции Академии наук СССР 1925— 1930 гг. [I]. Комиссия АН СССР и руководимая ею комплексная экспедиция обобщили имевшиеся данные и собрали новые материалы о природных условиях, полезных ископаемых, культуре и истории Якутии. Комплексная экспедиция положила начало процессу формирования сети научных учреждений: от первых НИУ (Институт языка и культуры — 1935 г.) этот процесс прошел через этапы создания Якутской научно-исследовательской базы (1947), преобразованной через два года в Якутский филиал АН СССР. В рамках академического центра в Якутии во второй половине XX века сформировались и получили развитие уникальные институты, которые стали неотъемлемой частью научного потенциала России. История отдельных академических НИУ и их организаторов, а также академического центра нашла отражение в ряде научных и справочных публикаций [2].

ИНСТИТУТ БИОЛОГИЧЕСКИХ ПРОБЛЕМ КРИОЛИТОЗОНЫ (ИБПК)
С 1947 г. в составе Якутской базы АН СССР создавались лаборатории, ставшие основой будущих НИИ. В 1951 г. открылся Институт биологии, который возглавил доктор биологических наук Всеволод Петрович Дадыкин, крупный специалист по физиологии растений, лауреат премии им. К.А. Тимирязева, являвшийся одновременно заместителем, а затем и председателем Президиума ЯФ АН СССР [З]. До приезда в Якутию он работал в Институте мерзлотоведения АН СССР. Дадыкин стал основателем физиологических исследований в республике, здесь он проводил изучение фотосинтеза и водного баланса в культурных и диких растениях Якутии.

В 1955 г. Дадыкин передал руководство институтом новому директору — известному генетику Якову Лазаревичу Глембоцкому. Это был беспрецедентный и смелый в то время шаг, так как руководить коллективом молодого института доверили «опальному» ученому. Августовская сессия ВАСХНИЛ 1948 г. заклеймила его как одного из крупных менделистов-морганистов [4]. Чтобы избежать репрессий, он переехал в Якутию и продолжал свои исследования вплоть до 1957 г.

Следующим директором института стал доктор сельскохозяйственных наук, проф. Василий Георгиевич Зольников — известный российский почвовед, основатель якутской школы почвоведения. Изучение почв центральной Якутии он начал в 1938 г. в качестве начальника полевого мерзлотного отряда Якутской экспедиции СОПС АН СССР. В 1942 г. Зольников защитил кандидатскую диссертацию «Почвы центральной Якутии» [5]. После войны его пригласили в Якутск. Для организации почвенных исследований в республике Зольников основал аналитическую лабораторию и создал коллектив почвоведов, в основном из местной молодежи. В числе его учеников были: Л.Г. Еловская, Н.И. Мусич, Л.В. Тетерина, А.И. Попова и др.

Под руководством Зольникова лаборатория почвоведения в 1949—1960 гг. провела исследования почв в центральной и юго-западной Якутии, в бассейне р. Вилюй. Эти работы позволили установить уникальность почвенного покрова территории, не имеющего аналогов в мире. Талантливый ученый и умелый организатор науки, Зольников внес существенный вклад в изучение биологических ресурсов республики. После отъезда из Якутии он работал директором Центрального почвенного музея ВАСХНИЛ в Ленинграде [6].

В 1960— 1968 гг. институт возглавлял доктор биологических наук, проф. Вульф Абрамович Тавровский. Генетик по образованию, зоолог по призванию и опыту работы, ученый много сделал для развития биологической науки в республике. Еще в 1939 г. он опубликовал работу «Песец и песцовый промысел в дельте р. Лены». С тех пор научная судьба ученого была тесно связана с Якутией.

Оформление института в крупное научное учреждение биологического профиля произошло при Игоре Петровиче Щербакове, докторе биологических наук, профессоре, основоположнике якутской школы лесоведения. После окончания Ленинградской лесотехнической академии он приехал в Якутию и в военные годы руководил Управлением лесами местного значения при СМ Якутской АССР. После окончания аспирантуры в Институте леса АН СССР у выдающегося ученого академика В.Н. Сукачева он возглавил ботанические исследования в ЯФ.
Работы И.П. Щербакова имели не только теоретическое, но и прикладное значение. Он участвовал в разработке стратегии развития лесного комплекса республики. Его рекомендации по лесовозобновлению применялись на всей территории Якутии, а идеи в области охраны и рационального использования леса легли в основу создания первых заповедников. Труды ученого получили известность не только в России, но и в других странах. Еще в 1970-е годы в институте было налажено непосредственное научное общение якутских ботаников и лесоведов с учеными из США, Канады, Германии, Финляндии [7].

Организаторский талант И.П. Щербакова проявился в годы руководства Институтом биологии, который он возглавлял с 1968 по 1986 г. В период его пребывания на посту директора не только были сохранены уже имеющиеся направления научных исследований, но и появился ряд новых перспективных направлений. Щербакову удалось сформировать крупный институт биологического профиля, в составе которого в 1986 г. работали свыше 260 чел., в том числе 120 научных сотрудников, шесть докторов и 51 кандидат наук [8].

С 1986 г. институт возглавлял доктор биологических наук, а затем член-корреспондент АН СССР — РАН Никита Гаврилович Соломонов. Научной работой по химии и физиологии растений он стал заниматься в студенчестве, прослушав спецкурс профессора В.П. Дадыкина по поведению растений на Севере в Якутском пединституте. После успешной защиты кандидатской диссертации в Томске ученый развернул эколого-физиологические исследования диких животных в Якутском госуниверситете. Основные результаты вошли в докторскую диссертацию «Опыт изучения популяционной экологии грызунов и зайца-беляка в Центральной Якутии» (1972), в которой представлены основные пути приспособления млекопитающих к условиям холодного климата и закономерности динамики их численности в Якутии [9].

Новый этап научных исследований Соломонова начался с организации в 1973 г. лаборатории экологической физиологии животных в Институте биологии ЯФ. Некоторые работы выполнялись в кооперации с новосибирским Институтом цитологии и генетики. Удачное сочетание физиологических и биохимических методов исследования позволило понять тонкие механизмы адаптации животных к экстремальным условиям Крайнего Севера, Созданная Соломоновым научная школа по экологической физиологии животных получила признание в России и за рубежом [10].

Став директором института, он возглавил подготовку и издание «Красной книги ЯАССР». Коллектив приступил к разработке научных основ создания системы особо охраняемых территорий на Севере, проводил совместные работы с зарубежными партнерами по изучению экологии и миграций уникальных птиц. Исследования Соломонова послужили обоснованием для открытия национального природного парка «Ленские столбы» и ресурсного резервата «Кыталык». По инициативе директора института и поддержке Всемирного фонда охраны дикой природы в республике введена в эксплуатацию международная биологическая станция «Лена-Норденшельд» в дельте р. Лены.

В институте усилились исследования по изучению северных экосистем и разработке научных основ охраны окружающей среды на Севере, которые вели Ю.С. Луковцев, И.М. Охлопков, Р.В. Десяткин в специально организованных для этого лабораториях горных и субарктических экосистем и таежно-аласных экосистем. По этой проблеме также развернули экспедиционные работы в дельте и низовьях р. Лены, центральном Верхоянье и Лено-Амгинском междуречье [II].

В середине 1990-х гг. научные направления института оформились как изучение почвенного покрова, растительного и животного мира Якутии; исследование физиолого-биохимических основ адаптации растений и животных к экстремальным условиям климата Северо-Востока России; изучение структуры, функционирования и оптимизации северных экосистем. Структура института состояла из семи лабораторий, включая Ботанический сад.

Численность кадров с 1990 по 1997 г., как и во всех институтах СО РАН, существенно снизилась: всего персонала — с 290 до 245 чел., научных сотрудников — со 130 до 112 чел. Однако квалифицированный состав научных кадров с ученой степенью удалось сохранить [12].

В 1994 г. на базе научных подразделений института создали два НИИ, которые передали в формирующуюся Академию наук Республики Саха (Якутия): Институт северного луговодства и Институт прикладной экологии Севера.

В 1997 г. институт возглавил доктор сельскохозяйственных наук, проф. Борис Иванович Иванов. В этом же году институт получил современное название. Основное научное направление оформилось как структура, функционирование и устойчивость северных экосистем; научные основы охраны и оптимизации использования биологических ресурсов криолитозоны. Для подготовки кадров были созданы учебно-научные лаборатории совместно с Якутским госуниверситетом: экологической биохимии, мерзлотного лесоведения и лесоводства, флористики и фитоценологии. Это позволило обеспечить приток молодых специалистов и увеличить численность аспирантуры. В 2000 г. институт занимал одно из первых мест среди институтов СО РАН биологического профиля по числу молодых специалистов [13]. Однако по таким направлениям, как почвоведение и ихтиология, интенсивность исследований снизилась по причине нехватки кадров.

Международные контакты, заложенные при прежних директорах Щербакове и Соломонове, получили дальнейшее развитие в виде выполнения совместных проектов с учеными Нидерландов, Германии, Англии, США, Канады, Японии, Южной Кореи и др. стран. В частности, в рамках международной программы «С1оЬа1 СЬапде» совместно с японскими учеными организован мониторинг среднетаежных экосистем Якутии. Методом спутниковой телеметрии проводятся исследования направлений и сроков миграции якутских популяций уникальных птиц.

В начале 2000-х гг. институт проводил планомерный сбор материала о биологическом разнообразии Якутии, экологическом состоянии природной среды на территории региона с помощью комплексной системы экологического мониторинга, оснащенной современным оборудованием. Полученная информация используется при разработке принципов рационального природопользования в регионе. Разработаны предложения по организации особо охраняемых природных территорий и включению дельты р. Лены в перечень объектов Всемирного природного наследия. Переиздана «Красная книга растений Якутии», опубликован «Атлас лекарственных растений Якутии».

В 2005 г. в институте работали 211 чел., в том числе 104 научных сотрудника, наиболее квалифицированная часть которых состояла из одного члена РАН, девяти докторов и 48 кандидатов наук. Структура института состояла из восьми научных лабораторий, Ботанического сада, стационара «Спасская падь», ряда опорных экспедиционных баз. По числу научных кадров ИБПК является самым крупным институтом ЯНЦ. С 2004 г. институт включился в программу РАН «Инвентаризация, мониторинг биоразнообразия и пространственно-временной организации наземных и водных экосистем, растительных, животных и почвенных ресурсов. Сохранение и изучение уникальных генофондов микроорганизмов, животных и растений» [14]. Для ее успешного выполнения институту рекомендовали провести реструктуризацию научных подразделений в соответствии с кадровыми и приборными возможностями.

ИНСТИТУТ МЕРЗЛОТОВЕДЕНИЯ им. П.И. МЕЛЬНИКОВА (ИМЗ)
В 1930 г. в Академии наук создали Комиссию по изучению вечной мерзлоты под руководством академика В.А. Обручева. Вскоре ее преобразовали в Комитет, а затем — в Институт мерзлотоведения (1939). История якутского направления в этой области исследований началась с организации в 1941 г. мерзлотной станции этого института, которую возглавил молодой ученый Павел Иванович Мельников [34]. Будучи студентом Ленинградского горного института, он под влиянием своего наставника профессора М.И. Сумгина увлекся изучением вечной мерзлоты и после окончания вуза работал начальником Игарской мерзлотной станции.

Перед новым НИУ в Якутске поставили задачу комплексного изучения многолетнемерзлых пород. Мельникову за короткий срок удалось создать материальную базу для исследований: на окраине Якутска были построены и оборудованы лабораторный корпус, производственные помещения, возведены жилые дома для сотрудников, сооружена подземная лаборатория [35]. Мерзлотоведение развивалось быстрыми темпами, что диктовалось необходимостью освоения богатых природных ресурсов региона. В 1956 г. станцию преобразовали в Северо-Восточное отделение ИМЗ им. В.А. Обручева. В его состав включили Игарскую, Алданскую, Анадырскую мерзлотные станции. Мельникову удалось сформировать работоспособный коллектив специалистов и создать четыре сектора: общей геокриологии, физики теплообмена, инженерного мерзлотоведения и экспериментальный [36].

По ходатайству Якутского обкома КПСС в Сибирском отделении в октябре 1958 г. приняли постановление об организации самостоятельного института. Однако утверждение этого постановления в вышестоящих инстанциях чрезвычайно затянулось. В этот период Президиум Академии наук рассматривал вопрос о переводе ИМЗ им. В.А. Обручева АН СССР из Москвы в Красноярск, и в случае осуществления этого проекта создание еще одного института в Якутске представлялось нецелесообразным [37]. В 1960 г. вопрос с организацией якутского Института мерзлотоведения решился положительно. Его задачей стало изучение закономерностей развития геокриологических процессов с целью рационального освоения северо-востока страны. Директором ИМЗ назначили кандидата геолого-минералогических наук П.И. Мельникова. В структуре института предусмотрели создание 14 лабораторий и новых стационаров. Директору удалось пригласить в Якутск опытных мерзлотоведов и большую группу выпускников центральных вузов. Среди первых сотрудников института были Н.П. Анисимова, В.Т. Балобаев, М.К. Гаврилова, Р.М. Каменский, Е.М. Катасонов и др.

Штат института быстро развивался — от 160 чел. в момент создания до 325 сотрудников к концу 1970 г. Соответственно, расширялась и тематика научных исследований. В 1964 г. по совокупности опубликованных работ по теме «Итоги геокриологических, гидрогеологических и инженерно-геологических исследований в центральной и южной Якутии» П.И. Мельникову присвоили ученую степень доктора геолого-минералогических наук. В 1968 г. его избрали членом-корреспондентом, а в 1981 г. — действительным членом Академии наук СССР. После реорганизации в 1963 г. ИМЗ им. В.А. Обручева [38] якутский институт стал единственным учреждением в области фундаментальной и прикладной геокриологии. В 1960-е гг. расширилась тематика его исследований, появились новые лаборатории и региональные подразделения (Вилюйская станция), значительно укрепилась материальная база. Научные разработки осуществлялись также в интересах региона. Так, в 1964 г. по решению СМ Якутской АССР ввели в действие новые нормы расчета свайных фундаментов на вечномерзлых грунтах, разработанные в ИМЗ [39].

В 1960— 1980-е гг. институт проводил исследования в зоне БАМ и вдоль трасс магистральных газопроводов. Экспедиционные работы в Западной Сибири позволили получить данные по устойчивости территорий с мерзлыми грунтами к техногенному воздействию. В 1980 г. институт разработал рекомендации по защите ландшафтов при прокладке газопроводов. Это был первый опыт решения экологических проблем северных районов. Наработки ученых использованы при проектировании и строительстве Вилюйской ГЭС — первой в мире ГЭС на вечной мерзлоте [40]. Гидрогеологи института составили уникальную карту мерзлотно-гидрогеологического районирования Восточной Сибири, которой руководствовались специалисты при разработке использования запасов подземных вод. Карту удостоили золотой медали ВДНХ (1970) и опубликовали в многотомном издании «Гидрогеология СССР» [41].
В рамках института активно развивалось теплофизическое направление.

Еще в 1962 г. будущий член-корреспондент РАН В.Т. Балобаев создал лабораторию геотермии криолитозоны, сотрудники которой целенаправленно исследовали тепловой режим земной коры в области развития мерзлых пород и связь его с процессами глубокого промерзания. Работа лаборатории получила признание в научных кругах, а методические и аппаратурные разработки — всероссийскую известность. В.Т. Балобаев является основоположником нового, геотермического направления в геокриологии [42].

В 1973 г. институт выступил инициатором проведения II Международной конференции по мерзлотоведению в Якутске, которая положила начало кооперации ученых в этой области. На конференции Мельников выступил с инициативой создания Международной ассоциации по мерзлотоведению, первым президентом которой он стал в 1985 г. [43]. Институт был организатором международных совещаний и симпозиумов в Якутске, Тюмени и Норильске. Постепенно расширялись международные связи с Финляндией, Канадой, Китаем, Южной Кореей, Японией. Были осуществлены совместные экспедиции с китайскими и монгольскими учеными [44].

В институте оформилась стройная система подготовки кадров: в 1978г. создана кафедра мерзлотоведения на геолого-разведочном факультете Якутского госуниверситета. В 1983 г. открылся спецсовет по защите докторских диссертаций, стабильно работала аспирантура. Институт зарекомендовал себя как крупный научный центр союзного значения. В 1986 г. в нем работали 479 чел., в том числе 106 научных сотрудников, наиболее квалифицированную часть которых представляли один академик, четыре доктора и 42 кандидата наук [45].

В 1988 г. академик П.И. Мельников после длительного руководства институтом переехал в Москву, но не порывал связей с коллективом, оставаясь почетным директором ИМЗ. Вопрос о преемнике решался сложно. По воспоминаниям Р.М. Каменского, в ту пору начальника Игарской мерзлотной станции, летом 1987 г. академик сообщил, что видит в Ростиславе Михайловиче своего преемника, но осенью изменил свое решение и выдвинул на должность директора другого кандидата. Однако большая часть коллектива поддержала кандидатуру д-ра техн. наук Р.М. Каменского [46]. После окончания Московского инженерно-строительного института им. В.В. Куйбышева (1958) он приехал в Якутск в Северо-Восточное отделение ИМЗ им. В.А. Обручева, ставшее вскоре институтом, и после этого ни разу не менял место своей работы. Его научные интересы были связаны с проблемами инженерной экологии и разработкой принципов и методов обеспечения устойчивости инженерных сооружений в криолитозоне.

В кризисные годы усилия Каменского были направлены на сохранение потенциала института. Несмотря на отток кадров (их общая численность уменьшилась с 1990 по 1997 г. на 40 %, научных — на четверть [47]), удалось сохранить традиции и школу якутских мерзлотоведов. Геокриологический центр в Якутске продолжал вести исследования по утвержденным ранее направлениям, хотя некоторые мерзлотные станции на периферии пришлось закрыть или «ужать» до лабораторий в силу малочисленности кадров. Вопросы привлечения дополнительного финансирования решались с помощью хоздоговоров, грантов, поступлений по региональным программам. С 1997 по 2001 г. их доля в общем бюджете института увеличилась с 50 до 60 % [48]. Продолжилось сотрудничество с учеными Японии, Китая, Америки, Германии, с их финансовой помощью проводилось совместное изучение криолитозоны.

В 1990-е гг. в институте велись исследования по региональной, исторической и инженерной геокриологии, по тепломассообмену в мерзлых толщах земной коры, изучались природа прочности и геологические свойства мерзлых горных пород, разрабатывались различные геофизические и геохимические методы исследования мерзлых горных толщ. Экспедиции института продолжали сбор информации о мерзлых породах и связанных с ними явлениях на севере Западной Сибири, в Прибайкалье и Забайкалье, а также на территории Монголии.

В 1997 г. ИМЗ и Институт горного дела Севера объединились в структуру с длинным названием Объединенный институт мерзлотоведения и освоения природных ресурсов криолитозоны (ОИМЗ и ОПРК) под руководством Каменского. За время существования объединения были сделаны некоторые шаги по интеграции исследований, однако это не привело к формированию единого коллектива. Институты решали возникающие проблемы самостоятельно. В 2000 г. Президиум СО РАН пришел к заключению о нецелесообразности существования объединенного института и спустя некоторое время его реорганизовали [49]. В 2003г. Каменский передал бразды правления ИМЗ доктору технических наук Рудольфу Владимировичу Чжану.

В 2005 г. в структуре ИМЗ находились семь лабораторий в Якутске, три региональных лаборатории, Вилюйская и Северо-Восточная мерзлотные станции. Общая численность работающих в институте составила 250 чел., из них 65 — научные сотрудники (один член РАН, девять докторов и 48 кандидатов наук). Комиссия Президиума СО РАН, проверявшая деятельность института, отметила, что в ИМЗ остро стоит проблема омоложения коллектива. Работа администрации по подготовке кадров через аспирантуру была признана недостаточной. Дирекции предложено шире использовать международное сотрудничество и рассмотреть вопрос о создании на базе института международного центра по изучению криолитозоны [50].

В настоящее время ИМЗ является ведущим научным учреждением, проводящим масштабные комплексные теоретические и прикладные исследования в области геокриологии в районах развития многолетнемерзлых пород, составляющих около 60 % территории России. Своей уникальностью институт обязан достижениям в решении задач геокриологии, гидрогеологии, устойчивости сооружений. Значимые результаты ученые ИМЗ получили как участники международных проектов, при финансовой и приборной поддержке из-за рубежа.

ИНСТИТУТ ФИЗИКО-ТЕХНИЧЕСКИХ ПРОБЛЕМ СЕВЕРА (ИФТПС)
В 1969 г. по предложению Якутского обкома КПСС и ЯФ был создан Отдел физико-технических проблем Севера, который через год преобразовали в институт с таким же названием для научного обеспечения развивающихся крупных производственных комплексов, систем энергетики и сельского хозяйства региона. Основные научные направления определили как изучение механики твердых деформируемых тел; физико-технических проблем энергетики; нефтегазообразования и нефтегазоносности [68]. Директором-организатором назначили доктора технических наук Николая Сергеевича Иванова [69]. После окончания Якутского пединститута (1950) он преподавал в этом вузе, затем работал в Институте мерзлотоведения. Незаурядный организаторский талант позволил Иванову в короткие сроки создать институт, заложить основы развития его научных направлений. Он пригласил опытных ученых, много внимания уделял подготовке молодых специалистов в Якутском госуниверситете.

Постановление Президиума СО АН СССР в 1972 г. определило главные направления, на которых следовало сосредоточить имеющиеся кадры и ресурсы НИУ Якутии. Для ИФТПС они были сформулированы как решение актуальных проблем горного дела (подземная разработка месторождений алмазов, пылеподавление, разработка россыпных месторождений в многолетнемерзлых породах), инженерной геологии, хладостойкости материалов и машин в северном исполнении, а также энергетики [70].

В 1973 г. институт возглавил член-корреспондент АН СССР Николай Васильевич Черский. Еще в начале своей деятельности в Якутии он заинтересовался поведением материалов и конструкций в условиях низких температур. При Черском сотрудники ИФТПС выполнили ряд интересных работ по изучению хладостойкости и работоспособности машин и конструкций в условиях северного климата. Были получены фундаментальные научные данные для создания техники в северном исполнении. Н.В. Черский стал руководителем государственной научной программы «Техника Севера», в которой участвовали научные и конструкторские организации, крупные промышленные предприятия Сибири, Урала, Украины и Белоруссии [71].

Под руководством Черского институт быстро набирал кадровый и производственный потенциал и вскоре превратился в современный научный центр, в котором развивались научные направления, ставшие основой организации нескольких НИИ Якутска. В многогранной деятельности Черского, который одновременно руководил Якутским филиалом СО АН СССР, заботы о развитии института занимали особое место.

В конце 1970-х гг. Н.В. Черский стал организатором и первым директором нового института — Горного дела Севера. ИФТПС возглавил доктор технических наук Юрий Степанович Уржумцев, избранный вскоре членом-корреспондентом АН СССР [72]. До приезда в Якутск ученый работал в вузах и НИИ Латвии и был специалистом в области механики композиционных материалов и инженерной климатологии. По воспоминаниям сотрудников, ему удалось быстро вникнуть в разноплановые направления исследований и интегрировать институт в научное сообщество СССР. Работы сотрудников стали проходить апробацию в ведущих научных учреждениях страны, в институте побывали известные ученые Ю.Н. Работнов, Л.И. Седов, В.А. Белый, Г.С. Писаренко, А.А. Лебедев и др. [73]. При Уржумцеве в коллективе выросли такиекрупные ученые, как А.М. Ишков, В.Р. Кузьмин, В.П. Ларионов, А.И. Левин,А.В. Лыглаев, М.Д. Новопашин, В.А. Прохоров, О.И. Слепцов, В.В. Филиппов,И.Н. Черский и др., многие из которых впоследствии стали организаторами науки.

В первой половине 1980-х гг. в институте были организованы новые исследования поведения материалов и механизмов в экстремальных условиях. Внедрение результатов в практику позволило повысить прочность и надежность конструкций, добиться снижения металлоемкости, материальных итрудовых затрат. Были разработаны методы расчета хладостойкости узловтрения из полимерных материалов, что позволило создать оригинальные конструкции и материалы для авиационной и горно-добывающей техники. Подруководством Уржумцева велись работы в области синтеза слоистых конструкций. Методы, разработанные в институте, нашли применение при разработке слоистых фундаментов, теплозащитных конструкций, при создании покрытий, поглощающих вибрации и радиоволны. При непосредственном участии Уржумцева создана экспериментально-производственная база ИФТПС [74].

Одним из направлений кадровой политики стало повышение квалификации научных сотрудников. До назначения Уржумцева защита кандидатских диссертаций проходила в спецсоветах Москвы, Новосибирска, других городов, что требовало от сотрудников серьезных финансовых затрат. В 1981 г. Уржумцев добился открытия в институте спецсовета, который принимал к защите кандидатские диссертации по трем специальностям [75]. В 1985 г. институт представлял собой один из крупных институтов Якутска, в котором работали около 400 чел., а среди 158 научных сотрудников было шесть докторов и 46 кандидатов наук [76].

С отъездом Ю.С. Уржумцева обратно в Латвию институт возглавил доктор технических наук Владимир Петрович Ларионов, специалист в области материаловедения и прочности конструкций в северном исполнении. После окончания Московского высшего технического училища им. Н.Э. Баумана (1962) ученый приехал на работу в Якутский филиал. В одном из документов он писал: «Начав свою трудовую деятельность в 1962 году в группе хладостойкости машин, организованной в г. Якутске в системе Академии наук СССР в составе четырех человек, имел счастливую возможность участвовать в организации, становлении и укреплении исследований физикотехнического направления в Якутской АССР» [77]. В 1983г. ученый успешно защитил докторскую диссертацию «Технология сварки низколегированных сталей для конструкций в северном исполнении» в киевском Институте электросварки им. Е.О. Патона. Основанная Ларионовым научная школа является ныне ведущей в области северного материаловедения и технологий.

В 1986 г. В.П. Ларионова назначили директором ИФТПС, а в 1990-е гг. избрали сначала членом-корреспондентом, затем действительным членом РАН [78]. Директор содействовал развитию и укреплению позиций института во всесоюзном масштабе, расширению зарубежных контактов с рядом научных центров США, Германии, Канады, Китая, Японии, скандинавских стран. На годы руководства Ларионова выпало решение трудных проблем по сохранению потенциала якутской академической науки. Общая численность кадров в ИФТПС с 1990 по 1997 г. сократилась в три раза, а научных кадров — в два раза. В условиях катастрофического снижения бюджетного финансирования была сделана ставка на усиление хоздоговорных работ. Их доля в бюджете института возросла до 30 % [79].

Результаты исследований института при Ларионове нашли практическое применение в таких крупнейших машиностроительных объединениях союзного и российского масштаба, как «Уралмаш», «Белаз», «Крастяжмаш», «Ижорский завод», а также для решения практических инженерных задач таких крупных производственных предприятий Якутии, как АК «АЛРОСА», «Якутзолото», «Саханефтегаз», «Якутуголь». Совместно со специалистами ОАО «Якутгазпром» сотрудники института разработали методику оценки надежности и безопасности трубопроводов в условиях Севера [80].

Ради сохранения научного потенциала было решено создать Объединенный ИФТПС, в состав которого в 1990 г. вошли ИФТПС и только что организованный Институт неметаллических материалов. В 1999 г. к объединению присоединился новый Институт проблем нефти и газа. Объединенный ИФТПС — один из немногих комплексных НИУ, который продолжал функционировать до конца 2005 г. После скоропостижного ухода из жизни академика В.П. Ларионова (2004) ИФТПС возглавил доктор технических наук Олег Ивкентьевич Слепцов.

ИФТПС — единственный в стране научный центр, фундаментальные и прикладные работы которого направлены на изучение и усовершенствование материалов конструкций для эксплуатации в условиях Крайнего Севера. Сотрудники института внесли заметный вклад в оптимизацию топливно-энергетического комплекса и развитие электроэнергетики республики, создание полимерных материалов, разработку месторождений, транспортировку и переработку углеводородов. Под руководством Н.В. Черского, Ю.С. Уржумцева, В.П. Ларионова и при их непосредственном участии сформировались научные школы, которые позволили институту стать одним из ведущих центров страны в своей области.

ИНСТИТУТ ГОРНОГО ДЕЛА СЕВЕРА им. Н.В. ЧЕРСКОГО (ИГДС)
История института началась с создания в 1970 г. лаборатории рудничной аэродинамики ЯФ, исследования которой продолжились в Горном отделе ИФТПС. Первая бюджетная тема была посвящена исследованию механизма пылеобразования и разработке эффективных способов пылеподавления при ведении горных работ в зоне многолетней мерзлоты [81]. В 1980 г. по инициативе Н.В. Черского, поддержанной властями Якутской АССР, на базе отдела организовали Институт горного дела Севера. На момент образования института его научными направлениями стали исследование тепловых и механических процессов в массивах мерзлых горных пород и создание методов разработки месторождений полезных ископаемых Севера; разработка научных основ комплексного использования минерально-сырьевых ресурсов и извлечения полезных компонентов из месторождений области вечной мерзлоты. Директором института назначили Н.В. Черского. Проектную численность сотрудников определили в 500 чел. [82].

Уже в первые годы руководства ИГДС Черский организовал лабораторию проблем освоения газогидратных и нефтяных залежей, которая в последующем стала основой самостоятельного Института проблем нефти и газа. Много внимания директор уделял притоку в институт ученых-горняков из других регионов страны. Благодаря такой политике в институте начали работать С. Батугин, М. Бычев, Э. Гончаров, В. Гринев, И. Заудальский, В. Изаксон, А. Микулевич, В. Новиков, В. Смирнов, А. Цыганков и др. С другой стороны, делался упор на подготовку собственных научных кадров. В 1981 г. в институте открыли аспирантуру и спецсовет по защите кандидатских диссертаций по основным горным специальностям [83].

В 1985 г. в ИГДС работали 300 чел., в том числе около 100 научных сотрудников, четыре доктора и 32 кандидата наук. Коллектив института выполнил теоретические исследования и обосновал целесообразность непрерывной экскавации горных пород. Были даны практические рекомендации по совершенствованию роторных комплексов для условий Севера. Велась разработка технологических процессов разупрочнения мерзлых золотоносных песков с использованием энергии токов сверхвысокой частоты. Началось внедрение технологии проходки многолетнемерзлых пород при бурении, технологии извлечения рудного золота. Одной из интересных разработок института стало создание георадиолокатора для изучения мерзлых рыхлых отложений. Испытания прибора велись по заданию Отдела строительства ЦК КПСС [84]. Этот прибор оказался универсален в применении. С его помощью решали задачи доразведки месторождений, получали информацию о детальном строении и криогенном состоянии массива многолетнемерзлых горных пород. После модернизации прибор стал важной составной частью предупреждения наводнений в Якутии.

В 1987 г. Н.В. Черского на посту директора ИГДС сменил доктор технических наук, с 1991 г. член-корреспондент АН СССР—РАН Виктор Леонтьевич Яковлев. Выпускник Свердловского горного института, он долгие годы работал в отраслевых институтах. В 1979 г. Яковлев защитил докторскую диссертацию «Теоретические основы выбора транспорта рудных карьеров», результаты которой нашли широкое применение в проектировании глубоких карьеров [85]. Его заслуга как руководителя института состоит в стабилизации морально-психологического климата в коллективе, сохранении основного ядра научных кадров в период массового оттока сотрудников в начале 1990-х гг., налаживании контактов с руководящими органами РС(Я), ведущими горнодобывающими предприятиями. При Яковлеве институт достроил в 1994 г. собственный корпус.

В 1995 г. Яковлев переехал в Екатеринбург и возглавил Институт горного дела. Его преемником на посту директора ИГДС стал доктор технических наук, а ныне член-корреспондент РАН Михаил Дмитриевич Новопашин, специалист в области механики деформируемого твердого тела и горных пород [86].

После окончания механического факультета Рижского института инженеров гражданской авиации он работал в ИФТПС, а с организацией нового института стал одним из первых его сотрудников. На долю Новопашина выпал период реструктуризации науки, в том числе институтов СО РАН. В 1997—2003 гг. ИГДС входил в состав Объединенного института мерзлотоведения и освоения природных ресурсов криолитозоны (ОИМЗ и ОПРК). Как уже отмечалось ранее, в рамках объединения не удалось реализовать задуманную интеграцию исследований, поэтому институтам вернули исходный статус.

Одной из проблем с начала 1990-х гг. стало снижение кадрового потенциала института более чем в два раза. Если в 1990 г. в институте работали 285 чел., в том числе 106 научных сотрудников, то в 2005 г. — соответственно 140 и 49 [87]. Комиссия Президиума СО РАН пришла к выводу, что в ИГДС не сбалансирована штатная структура — научные сотрудники составляли только 34,5 % от общей численности работающих, тогда как в среднем по Сибирскому отделению выдерживалась пропорция один к одному. В институте по прежнему остро стоит проблема омоложения научных кадров [88]. По признанию Новопашина, «сейчас в науке остались те, кто работает не за деньги, а за идею. Нам удалось сохранить костяк коллектива, создать достаточно хорошую экспериментальную базу. Появились интересные результаты» [89].

Структура института состоит из семи лабораторий и вспомогательных подразделений, деятельность которых определяется главным направлением исследований: научные основы комплексного освоения минерально-сырьевых ресурсов в условиях криолитозоны, и актуальными задачами развития горно-добывающей промышленности в условиях распространения многолетнемерзлых горных пород. Заслугой Новопашина стало оснащение института уникальным оборудованием, позволяющим проводить комплексные научные исследования в широком спектре горных наук и изучать механические свойства, химический состав и структуру материалов на современном уровне. В конце 1990-х гг. сотрудники получили в свое распоряжение универсальную испытательную машину UTS-50 (Германия), портативную систему «МЕРА», рентгеновский спектрометр для определения химического состава различных минералов [90]. В 2005 г. Президиум СО РАН поддержал предложение института о необходимости дополнительных закупок оборудования для исследований фазового и минералогического состава материалов и температурного состояния горных пород.

Новопашину удалось существенно повысить имидж института как академического центра научных исследований. В настоящее время ИГДС — один из ведущих в мире центров по исследованиям поведения геоматериалов в условиях криолитозоны. Институт является ведущим научным учреждением России, проводящим комплексные теоретические и прикладные исследования в области освоения природных ресурсов в районах развития многолетнемерзлых пород. Задача коллектива — изучить процессы, происходящие в верхних слоях земной коры при техногенном воздействии. В последние годы получены важные фундаментальные результаты в области механики геоматериалов, горной теплофизики, геотехнологии, обогащения и глубокой переработки полезных ископаемых [91].

В институте выявлены закономерности поведения горных пород и элементов конструкций при силовом и температурном воздействии, что явилось основой для разработки новых высокоэффективных технологий и технических средств при освоении месторождений полезных ископаемых в условиях вечной мерзлоты. Разработки института позволили обеспечить рентабельную добычу золота в условиях Крайнего Севера, снизить расходы и улучшить качество крепления горных выработок, предупреждать затопление производственных объектов при ледовых заторах на реках Якутии.

Налажено тесное сотрудничество с академическими институтами горного профиля Москвы, Новосибирска, Хабаровска; университетами Кузбасса, Томска, Новосибирска, Санкт-Петербурга. Институт активно сотрудничает с кафедрой горного дела университета Аляски (США) в области исследований механики многолетнемерзлых горных пород, поддерживает творческие связи с зарубежными научными центрами Франции и Чехии, с отдельными учеными в рамках традиционного научного симпозиума «Горное дело в Арктике».

Подготовка научных кадров ведется через соискательство и аспирантуру по основным специальностям. В рамках сотрудничества с Якутским госуниверситетом ученые читают лекции, участвуют в подготовке учебных пособий.

Студенты проходят производственную практику в подразделениях института. Большое внимание уделяется молодежной политике. Учреждены институтские гранты и стипендии для молодых ученых и специалистов. Главный сдерживающий фактор в деле омоложения кадров — отсутствие у руководства института возможностей для решения жилищных вопросов. Единичные случаи выделения правительством РС (Я) и Президиумом СО РАН льготных ссуд на строительство жилья не могут кардинально решить проблему [92].

Проблема заработка дополнительных средств в основном возникла из-за несовершенства инновационного механизма использования имеющихся в институте технологий. К примеру, уникальная технология подземной добычи полезных ископаемых с льдопородной закладкой, которая применялась при разработке рудных месторождений и существенно повышала эффективность производства, не принесла институту ожидаемых дивидендов [93]. В кризисные 1990-е гг. помощь учреждениям СО РАН в Якутске оказывали местные власти. По признанию Новопашина, «было время, когда поддержка республики была весьма существенна. В настоящее время все это проявляется значительно в меньшей степени» [94]. В 1997 г. поступления от региональных науч-но-технических программ составляли в бюджете института 32 %, в 2001 г. — только 20 %. А вот поступления от хозяйственных договоров, наоборот, выросли более чем в два раза [95].

В 2000-е годы сотрудниками института завершено 50 практических разработок. Один из наиболее стабильных партнеров сотрудничества в хоздоговорной сфере — АК «АЛРОСА». Институт научно обосновал принципиальную возможность перехода на безвзрывные технологии даже при открытом способе разработки. Это позволило значительно снизить энергоемкость добычи и обогащения, уменьшить загазованность карьеров, повысить сохранность алмазов, особенно крупных классов. Резервом увеличения доходов института является повышение активности сотрудников в получении грантов отечественных и международных фондов и степени участия в интеграционных проектах СО РАН.

ЛИТЕРАТУРА

1. Ермолаева Ю.Н. Якутская комплексная экспедиция 1925— 1930 гг.: Развитие науки в Якутии. Новосибирск: Наука, 2001. 165 с.; Водичев Е.Г., Куперштох НА., Ламин В.А. Якутская экспедиция АН СССР и исследование производительных сил на северо-востоке России // Гуманитарные науки в Сибири. Новосибирск, 2005. № 2. С. 63-67; и др.
2. Якутский филиал Сибирского отделения Академии наук СССР. Под ред. А.П. Морова. Якутск, 1982. 170 с.; Якутский научный центр: Науч.-инф. изд. Ред. и сост. В.А. Шерстов. М., 1997. 47 с.; Якутский научный центр // Энциклопедия Якутии. Под ред. Ф.Г. Сафронова. Т. 1. М., 2000. С. 266 – 269; Еремеев В.Н„ Антипин В.Н. Наука Якутии за 50 лет. Иркутск: Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1969. 123 с.; Новгородов А.И., Антипин В.Н., Еремеев В.Н. Академия наук — организатор научных исследований в Якутии//Академия наук и Сибирь. 1917— 1957 гг. Новосибирск: Наука, 1977. С. 266—275;
Ермолаева Ю.Н. Становление и развитие научных учреждений Якутии. 1922— 1958: Дис. на соиск. учен. степ. канд. ист. наук. Л., 1982. 236 с.; Она же. Российская академия наук и Якутия: XX век: Автореф. дис. на соиск. учен. степ. докт. ист. наук. СПб., 2005. 31 с.; и др.
3. Дадыкин Всеволод Петрович // Ученые Карельского научного центра Российской академии наук. Биографический словарь. Петрозаводск, 1999. С. 25—26.
4. Ремигайло П.А., Иванов Б.И., Соломонов Н.Г., Десяткин Р.В. Институт биологических проблем криолитозоны СО РАН — итоги и перспективы // Наука и техника в Якутии. Размещено на сайте: http://st.ya1.ru/topic.php?topic=10075
5. Зольников Василий Георгиевич // Почвоведы и агрохимики Сибири и Дальнего Востока. Биографо-библиографический справочник. Отв. ред. В.А. Хмелев. Новосибирск: Изд-во СО РАН, 2004. С. 28-30.
6. Десяткин Р.В. Основоположник науки о почвах Якутии // Наука и техника в Якутии. 2004. № 1 (6). С. 82,
7. Игорь Петрович Щербаков: Биобиблиографический указатель трудов. Сост.: И.О. Шурдук и др. Якутск: ЯНЦ СО РАН, 1999. 28 с.; Исаев А.П., Олесов В.С., Шурдук И.Ф. Игорь Петрович Щербаков — известный исследователь лесов Якутии // Наука и техника в Якутии. Размещено на сайте: http://st.ya1.ru/topic.php?topic=10033
8. Рассчитано по данным Управления кадров Президиума СО РАН.
9. Соломонов Никита Гаврилович // Академия наук Республики Саха (Якутия). Изд. 2-е, перераб. и доп. М.: МАИК «Наука / Интерпериодика», 2001. С. 193— 194.
10. 70 лет члену-корреспонденту РАН Соломонову Никите Гавриловичу // Наука в Сибири. 1999, № 38.
11. Охлопков И.М., Десяткин Р.В. Выдающийся ученый и организатор науки // Наука и техника в Якутии. 2004. № 2 (7). С. 73-74.
12. Якутский научный центр: Науч.-инф. изд. Ред. и сост. В.А. Шерстов. С. 9— 10.
13. Иванов Б.И. Институт биологических проблем криолитозоны СО РАН //
Наука Республики Саха (Якутия). Состояние, результаты, проблемы. Якутск, 2000. С. 191-192.
14. Сибирское отделение Российской академии наук в 2004 году. Т. 1. Основные научные результаты по приоритетным направлениям и программам фундаментальных исследований. Новосибирск, 2005. С. 139— 140.
15. Наука в Сибири. 2006. № 20-21. С. 3.
16. Суздалов И.И. Об организации и руководителях Якутского научного центра СО РАН // Наука и образование. 1997. № 2.
17. Башарин А.К., Берзин Н.А., Вотах О.А. и др. К 80-летию К.Б. Мокшанцева // Геология и геофизика. 1999. Т. 40, № 11. С. 1711-1712.
18. Российский государственный архив новейшей истории (далее — РГАНИ). Ф. 5. Оп. 69. Д. 524, Л. 42.
19. Похиленко Н. «Геолог Ковальский» // Наука в Сибири. 1993. № 42. С. 2.
20. Рассчитано по данным Управления кадров президиума СО РАН.
21. Личное дело д. г.-м. н. Бориса Васильевича Олейникова // Текущий архив Управления кадров Президиума СО РАН.
22. Памяти Бориса Васильевича Олейникова // Наука в Сибири. 2000. № 42.
23. Якутский научный центр: Науч.-инф. изд. Ред. и сост. В.А. Шерстов. С. 12.
24. Наука в Сибири. 2000. № 23.
25. Наука в Сибири. 2000, № 36.
26. Текущий архив Сибирского отделения РАН. Материалы Президиума.
27. Личное дело д.г.-м.н. Леонида Михайловича Парфенова // Текущий архив Управления кадров Президиума СО РАН.
28. Профессор Парфенов Леонид Михайлович // Наука в Сибири. 2002, № 34 — 35.
29. Там же.
30. Текущий архив Сибирского отделения РАН. Материалы Президиума.
31. Наука в Сибири. 2005. № 22.
32. Там же. -
33. Сибирское отделение Российской академии наук в 2004 году. Т. 1. С. 190.
34. Мельников Павел Иванович // Академия наук СССР. Сибирское отделение. Персональный состав. 1957-1982. Новосибирск, 1982. С. 42; Шепелев В.В. П.И. Мельников — основатель академического мерзлотоведения в Якутии // Академическое мерзлотоведение в Якутии. Отв. ред. Р.М. Каменский. Якутск, 1997. С. 13—20.
35. Даниловцев П. Большая жизнь: К 90-летию со дня рождения академика П.И. Мельникова // Наука в Сибири. 1998. № 23-24.
36. Войтковский К.Ф., Гречищев С.Е. Основные этапы научной и научно-организационной деятельности академика П.И. Мельникова // Криосфера Земли. 1998. Т. II. №4. С. 11.
37. РГАНИ. Ф. 5. Оп. 37. Д. 73. Л. 52-53.
38. Климовский И.В. Развитие геокриологических исследований в Институте мерзлотоведения СО РАН: итоги первого десятилетия (1961 — 1971) // Академическое мерзлотоведение в Якутии. Отв. ред. Р.М. Каменский. С. 41.
39. Научный архив Сибирского отделения РАН (далее — НАСО). Ф. 10. Оп. 5. Д. 159. Л. 6.
40. Даниловцев П. К загадкам «северного сфинкса» // Наука в Сибири. 2001. № 4.
41. Браун Д. Памяти академика Павла Ивановича Мельникова (в связи с 90-й годовщиной со дня рождения) // Криосфера Земли. 1998. Т. II. № 4. С. 6.
42. Даниловцев П.А. Он не ищет легких дорог: О В.Т. Балобаеве // Наука и техника в Якутии. 2004. № 2 (7). С. 77.
43. Даниловцев П.А. Штрихи к портрету: академик П.И. Мельников // Наука и техника в Якутии. 2004. № 4 (9).
44. Академия наук СССР. Сибирское отделение. Институт мерзлотоведения. Авторы-сост.: Н.П. Анисимова, И.В. Климовский, В.В. Шепелев. Якутск, 1991. С. 7.
45. Рассчитано по данным Управления кадров Президиума СО РАН.
46. Даниловцев П. «С оптимизмом смотрю в будущее»: о Р.М. Каменском // Наука в Сибири. 1999. № 33; Каменский Ростислав Михайлович: жизнь в науке. Сер. Ученые-мерзлотоведы. Автор-сост. П.А. Даниловцев. Якутск: Ин-т мерзлотоведения, 2006.88 с.
47. Рассчитано по данным Управления кадров Президиума СО РАН.
48. Рассчитано по данным: Региональные отделения. Региональные научные центры. Сибирское отделение. Т. III. Новосибирск, 2002. С. 186.
49. Наука в Сибири. 2000. № 23.
50. Наука в Сибири. 2005. № 19.
51. Шафер Ю.Г. История космофизических исследований в Якутии // Космофизические исследования в Якутии. Отв. ред. Е.Г. Бережко. Якутск: ЯФ Изд-ва СО РАН,
2001. С. 7—20; Елшин В., Макаров Г. Институту присвоено имя его основателя // Наука в Сибири. 2003. № 8. С. 6; Нотман Р. От планера до космоса // Советская Сибирь. 2006. 12 октября.
52. Крымский Г.Ф. Космофизика в Якутии за полвека // Наука и техника в Якутии. 2002.№ 1.
53. Шафер Ю.Г. Указ. соч. С. 18; НАСО. Ф. 10. Оп. 3. Д. 278. Л. 4-6.
54. Правдин М.И., Слепцов И.Е. Изучение космических лучей сверхвысоких энергий на Якутской комплексной установке ШАЛ // Космофизические исследования в Якутии. Отв. ред. Е.Г. Бережко. С. 109 — 135.
55. Рассчитано по данным Управления кадров Президиума СО РАН.
56. Бережко Е. Однажды и навсегда: К 60-летию Г.Ф. Крымского // Наука в Сибири. 1997. № 44. С. 4.
57. Бережко Е.Г., Гинзбург В.Л., Жеребцов Г.А. и др. Гермоген Филиппович Крымский (к 60-летию со дня рождения) // Успехи физических наук. 1997. Т. 167, №11. С. 1247-1248.
58. Якутский научный центр: Науч.-инф. изд. Ред. и сост. В.А. Шерстов. С. 26.
59. Не сдавая позиций: Интервью с Е.Г. Бережко // Наука в Сибири. 1999. № 31.
60. Будни якутских космофизиков // Наука в Сибири. 2004. № 11. С. 4.
61. Текущий архив Сибирского отделения РАН. Материалы Президиума.
62. Наука в Сибири. 2000. № 39.
63. Бережко Е.Г., Шадрина Л.П. Институт космофизических исследований и аэрономии СО РАН // Наука Республики Саха (Якутия). Состояние, результаты, проблемы. С.152.
64. Рассчитано по данным: Региональные отделения. Региональные научные центры. Сибирское отделение. Т. III. С. 184.
65. Наука в Сибири. 2004. № 41.
66. Там же.
67. Макаров Г.А. Всероссийская конференция «Проблемы физики космическихлучей» // Наука и техника в Якутии. Размещено на сайте: http://st.ya1.ru/topic.php?topic=10092
68. НАСО. Ф. 10. Оп. 3. Д. 791. Л. 125.
69. Бондарев Э.А., Степанов А.В. Ученый и учитель: профессор Н.С. Иванов // Наука и техника в Якутии. 2003. № 2 (5). С. 86 – 88.
70. РГАНИ. Ф, 5. Оп. 69. Д. 524. Л. 42.
71. Соломонов Н.Г. Выдающийся организатор науки // Николай Васильевич Черский. Отв. ред. А.Ф. Сафронов. Якутск: ЯФ ГУ «Изд-во СО РАН», 2005. С. 68.
72. Уржумцев Юрий Степанович // Сибирь в лицах. Новосибирск, 2001. С. 566.
73. Новопашин М.Д. Воспоминания об Ю.С. Уржумцеве // Жизнь, отданная науке: Сб. науч. статей и воспоминаний о чл.-к. РАН Ю.С. Уржумцеве. Отв. ред. А.М. Ишков. Якутск, 2004. С. 75.
74. Юрий Степанович Уржумцев // Наука в Сибири. 2003. № 1. С. 11.
75. Попов С.Н., Яковлева С.П. Создание диссертационного совета в Институте физико-технических проблем Севера // Жизнь, отданная науке: Сб. науч. статей и воспоминаний о чл.-к. РАН Ю.С. Уржумцеве. С. 81 — 82.
76. Рассчитано по данным Управления кадров Президиума СО РАН.
77. Владимир Петрович Ларионов. Статьи, выступления, интервью, воспоминания. Отв. ред. А.А. Томтосов. М., 2006. 500 с.
78. Академик Ларионов Владимир Петрович // Наука в Сибири. 2004. № 10. С. 3.
79. Рассчитано по данным: Региональные отделения. Региональные научные центры. Сибирское отделение. Т. III. С. 191.
80. Ларионов В.П., Степанов А.В. Институт физико-технических проблем Севера СО РАН // Наука Республики Саха(Якутия). Состояние, результаты, проблемы. С. 133-134.
81. Ткач С. Институт уверенно смотрит в будущее: К 25-летию Института горного дела Севера им. Н.В. Черского // Наука в Сибири. 2005. № 26 – 27. С. 5.
82. Академия наук СССР. Сибирское отделение. Хроника. 1957— 1982. Новосибирск, 1982. С. 242-243.
83. Ткач С. Указ. соч.
84. Петров А. Горизонты ученых республики // Николай Васильевич Черский. С. 50-51,
85. Виктору Леонтьевичу Яковлеву — 70 лет // Наука Урала. 2004. № 9.
86. Наука на службе Севера: Интервью с М.Д. Новопашиным // Наука в Сибири. 2006. № 17. С. 8.
87. Рассчитано по данным Управления кадров Президиума СО РАН.
88. Наука в Сибири. 2005. № 22.
89. Наука на службе Севера: Интервью с М.Д. Новопашиным.
90. Новопашин М.Д., Ткач С.М., Зубков В.П. Институту горного дела Севера 20 лет // Наука Республики Саха (Якутия). Состояние, результаты, проблемы. С. 135.
91. Ткач С. Указ. соч.
92.Там же.
93. Новопашин М.Д., Ткач С.М., Зубков В.П. Указ. соч.
94. Наука на службе Севера: Интервью с М.Д. Новопашиным.
95. Рассчитано по данным: Региональные отделения. Региональные научные центры. Сибирское отделение. Т. III. С. 188.
96. Черский Игорь Николаевич // Академия наук Республики Саха (Якутия). С. 198-199.
97. Якутский научный центр: Науч.-инф. изд. Ред. и сост. В.А. Шерстов. С. 12.
98. Рассчитано по данным Управления кадров Президиума СО РАН.
99. Попов С.Н. Институт неметаллических материалов СО РАН // Наука Республики Саха(Якутия). Состояние, результаты, проблемы. С. 178— 179.
100. Региональные отделения. Региональные научные центры. Сибирское отделение. Т. III. С. 192.
101. Сибирское отделение Российской академии наук в 2004 году. Т. 1. С. 58.
102. Сафронов А.Ф. Развитие нефтегазового комплекса // Наука Республики Саха (Якутия). Состояние, результаты, проблемы. С. 149.
103. Наука в Сибири. 1999. № 6.
104. Региональные отделения. Региональные научные центры. Сибирское отделение. Т. III. С. 193.
105. Специалист в области нефтяной геологии: К 60-летию со дня рождения
А.Ф. Сафронова // Наука в Сибири. 2000. № 50.
106. Рассчитано по данным Управления кадров Президиума СО РАН.
107. Сибирское отделение Российской академии наук в 2003 году. Т. 1. Основные научные результаты. Новосибирск, 2004. С. 242—243.
108. Сибирское отделение Российской академии наук в 2004 году. Т. 1. С. 174.
109. Роббек В.А. Институт проблем малочисленных народов Севера СО РАН // Наука Республики Саха(Якутия). Состояние, результаты, проблемы. С. 89—90.
110. Якутский научный центр: Науч.-инф. изд. Ред. и сост. В.А. Шерстов. С. 41 — 42.
111. Роббек Василий Афанасьевич // Академия наук Республики Саха (Якутия). С. 187-188.
112. Рассчитано по данным Управления кадров Президиума СО РАН.
113. Наука в Сибири. 2000. № 37.
114. Роббек В.А. Фундаментальные исследования проблем малочисленных народов Севера // Наука и техника в Якутии. Размещено на сайте: http://st.ya1.ru/topic.php?topic=100
115. Наука в Сибири. 2004. № 39.
116. Цытович Николай Александрович // Академическое мерзлотоведение в Якутии. С. 130— 133; Ухов С.Б., Мерзляков В.П. Памяти Николая Александровича Цытовича (к 100-летию со дня рождения) // Криосфера Земли. Новосибирск, 2000. Т. IV, №4. С. 122-123.
117. Ермолаева Ю.Н. Становление и развитие научных учреждений Якутии. С.139.
118. Суздалов И.И. Об организации и руководителях Якутского научного центра СО РАН // Наука и образование. 1997. № 2.
119. Дадыкин Всеволод Петрович // Ученые Карельского научного центра Российской академии наук. С. 25 — 26.
120. Якутский научный центр // Энциклопедия Якутии. С. 266.
121. Ермолаева Ю.Н. Российская академия наук и Якутия. XX век // Наука и образование. 2002. № 3.
122. Фрадкин Г.С. Академик Н.В. Черский (к столетию со дня рождения) // Наука и техника в Якутии. 2004. №2 (7). С. 67—71; Николай Васильевич Черский: Биобиблиогр. указатель к 100-летию со дня рождения. Сост.: О.Э. Избекова, Т.Д. Ахметшина. Якутск: ЯФ ГУ «Изд-во СО РАН», 2005. 75 с.
123. Суздалов И.И. Указ, соч.
124. РГАНИ. Ф, 5. Оп. 77. Д. 159. Л. 138- 141.
125. Рассчитано по данным Управления кадров Президиума СО РАН.
126. Киселева Г. Формулы Вселенной рождаются на Земле // Наука в Сибири. 1997. № 44. С. 4.
127. Соглашение между Президентом Республики Саха (Якутия) и Президентом Российской академии наук по вопросам развития академической науки на территории Республики // Наука в Сибири. 1992. № 16. С. 2.
128. Сибирское отделение РАН: пути выживания // Наука в Сибири. 1992. № 39. С. 5.
129. Научное сообщество неразрывно: Интервью с В.П. Ларионовым // Наука в Сибири. 1992. №22. С.3.
130. Наука нуждается в поддержке республики // Наука в Сибири. 1992. №48-49. С. 2.
131. Создать свою Академию наук // Наука в Сибири. 1993. № 35. С. 4. (Перепечатано из газеты «Якутия» от 4 сентября 1993 г.).
132. О концепции организации Академии наук Республики Саха (Якутия). Постановление Президиума СО РАН 14.10.93, г. Новосибирск // Наука в Сибири. 1993. № 42. С. 2.
133. О передаче части институтов СО РАН в Якутском научном центре в состав Академии наук Республики Саха. Постановление Президиума СО РАН 01.06.94, г. Новосибирск // Наука в Сибири. 1994. № 23. С. 2.
134. Ларионов В. Уповаем на взаимодействие Правительства Республики Саха и Президиума СО РАН в сохранении академического научного потенциала республики // Наука в Сибири. 1996. № 14. С. 2.
135. Рассчитано по данным Управления кадров Президиума СО РАН.
136. Проблемы регионов: Интервью с председателем Президиума Якутского научного центра Ю.С. Уржумцевым // Наука в Сибири. 1998. № 21.
137. Филиппов В., Уржумцев Ю. Потенциал Республики Саха и приоритетные направления его реализации // Наука в Сибири. 1999. № 44.
138. Наука в Сибири. 2000. № 25.
139. Об участии СО РАН в решении актуальных задач развития регионов России (на примере Якутского научного центра СО РАН). Постановление Президиума СО РАН 10.02.2003, г. Якутск // Наука в Сибири. 2003. № 9. С.
140. Академик Ларионов Владимир Петрович // Наука в Сибири. 2004. № 10. С. 3.
141. Заседает Президиум СО РАН // Наука в Сибири. 2006. № 20-21. С. 3.
140. Академик Ларионов Владимир Петрович // Наука в Сибири. 2004. № 10. С. 3.
141. Заседает Президиум СО РАН // Наука в Сибири. 2006. № 20-21. С. 3.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ
Куперштох Наталья Александровна — выпускница гуманитарного факультета Новосибирского государственного университета, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института истории СО РАН. Специалист в области истории науки и образования Сибири. Автор и соавтор более 120 научных работ о сибирских ученых, академических институтах и научных центрах Сибири, опубликованных в центральных и сибирских изданиях.